Дробление бизнеса в 2026 году: где проходит грань с законным разделением и как успеть в амнистию

У этого вопроса есть особенность именно 2026 года. Амнистия за дробление действует с 2025 года: государство разрешает закрыть периоды 2022–2024 годов без доначислений, если бизнес реально отказался от схемы. Но 2026-й — последний год этого окна, и рассчитывать на такие же мягкие условия во второй раз не стоит.

Мы разберем, что налоговая в 2026-м считает дроблением, как примерить ее признаки на свою структуру и что конкретно успеть до конца года, чтобы зайти в амнистию.

Авторы статьи:

• Айгуль Шадрина, налоговый консультант и генеральный директор S4 Consulting.
• Полина Целыковских, юрист с 10-летним стажем, патентный поверенный (рег. № 2504), руководитель юридического направления S4.

Само по себе наличие нескольких фирм или ИП у одного собственника закон не запрещает. Налоговый кодекс прямо допускает, что предприниматель выбирает форму ведения дел и метод учета сам. Конституционный суд закрепил это еще в 2017 году в определении № 1440-О: бизнес вправе строить структуру так, как ему удобно, и это не нарушение, пока цель не сводится к неправомерному сокращению налогов.

Долгое время самого термина «дробление» в законе не было. Налоговая и суды опирались на доктрину необоснованной налоговой выгоды и статью 54.1 НК, которая запрещает уменьшать налоги через искажение фактов хозяйственной деятельности. В 2024 году определение наконец закрепили в законе об амнистии. Если коротко, дробление — разделение единой деятельности между формально самостоятельными компаниями и ИП, направленное в основном на то, чтобы занизить налоги за счет спецрежимов и обойти ограничения статьи 54.1.

Ключевое слово здесь — «единой». Налоговая ищет ситуацию, где формально фирм несколько, а бизнес по факту один.

Признаки, которые складываются в пазл. ФНС оценивает не один маркер, а их совокупность. Чаще всего инспекторы смотрят на пять признаков:

• Единое контролирующее лицо на всю группу;
• Разделение единого производственного процесса между участниками;
• Отсутствие у подконтрольных фирм самостоятельности в решениях;
• Общие ресурсы — сотрудники, основные средства, нематериальные активы — и общие контрагенты;
• Формальное распределение ресурсов или их безвозмездная передача друг другу.

Но ни один признак сам по себе — не приговор. Общий учредитель у двух компаний — взаимозависимость, а не схема. Статья 105.1 НК признает взаимозависимыми тех, у кого доля участия больше 25%, общий руководитель или родственные связи. Взаимозависимость и дробление — разные вещи: родственники могут вести два самостоятельных бизнеса, а одна компания — законно работать с другой. Схема собирается только тогда, когда признаки сходятся вместе и за ними не стоит реальной деловой логики.

Что изменилось в контроле. Раньше дробление вскрывалось в основном на выездной проверке, вручную. Сейчас налоговая видит группу заранее и целиком. Система АСК НДС отслеживает цепочки и разрывы по контрагентам, а данными с банками ФНС обмениваться может в рамках межведомственного обмена информацией. Для собственника вывод простой: рассчитывать на то, что несколько фирм «не свяжут между собой», в 2026 году уже не приходится. Подробно о критериях риска и подготовке к проверке я разбирала в материале «Выездная налоговая проверка 2026: новые правила и чек-лист».

Топовые статьи по дроблению дают длинный список признаков, но не помогают примерить их на себя. А собственнику нужно ответить на один вопрос: моя структура — это группа компаний или схема? Проще всего показать грань через столкновение двух почти одинаковых ситуаций.

Ситуация первая. Производственная компания на ОСНО и торговый дом на УСН. Один владелец, общий склад, одна бухгалтерия. Торговый дом создан, чтобы продавать продукцию, а заодно держать выручку под лимитом упрощенки. Персонал у него только на бумаге, а все решения принимает собственник основной компании. Налоговая увидит здесь единый процесс, разбитый ради спецрежима. Это дробление.

Ситуация вторая. Та же производственная компания и тот же торговый дом на УСН. Тот же владелец и даже тот же склад. Но торговый дом здесь не просто «вторая фирма» для продажи той же продукции, а отдельное коммерческое направление со своей функцией и экономикой: он отвечает за розничный канал и маркетплейсы, сам формирует ассортимент под эти каналы, ведет отдельные договоры с площадками и покупателями, несет свои коммерческие расходы и отвечает за результат этого направления. Производственная компания по-прежнему занимается выпуском продукции, а торговый дом — ее отдельной дистрибуцией и продажами в собственном канале. Такое разделение можно объяснить бизнес-логикой: разными рынками сбыта, разной моделью продаж, разными коммерческими рисками и управлением каналом. Налоговая выгода здесь может быть следствием выбранной структуры, но не ее единственной целью. Это уже больше похоже на законную группу компаний, а не на схему дробления.

Структура снаружи одинаковая. Разводит их деловая цель и самостоятельность участников.

Как примерить признаки на себя. Пройдите по своей группе с этим фильтром:

• Зачем существует каждая компания, кроме экономии на налогах? Если на этот вопрос есть честный ответ — разные рынки, разные продукты, разделение рисков, разные команды, — вы на законной стороне.
• Самостоятельны ли участники на деле? Свои сотрудники, свой расчетный счет, свой учет и свои решения работают в вашу пользу.
• Что общего и почему? Общий склад или бухгалтер не приговор, если этому есть разумное объяснение и ресурсы распределены не формально, а по рыночным договорам.

Делить бизнес по видам деятельности, регионам или рынкам закон не запрещает. Минфин еще в своих разъяснениях признавал: само по себе разделение бизнеса — это нормальная оптимизация, незаконной она становится только при цели получить необоснованную выгоду.

Размер бизнеса тоже задает контекст. Если компания вплотную подошла к порогу в 20 млн рублей, после которого включается НДС по спецставке 5%, и рядом возникла «вторая фирма» с теми же клиентами — это типовой повод для вопросов. Если бизнес растет и открывает новые направления под отдельные команды — это естественное развитие.

Разбор реального спора, где компания доказала деловую цель и отстояла структуру в суде, есть в моем материале «Суд с ФНС: компания отсудила 25 млн». Отдельно тему законного структурирования я разбирала в статье «Дробление бизнеса vs законное структурирование».

Это самая недооцененная возможность года. В 2024 году приняли закон об амнистии за дробление (176-ФЗ), и он дает редкую вещь — шанс закрыть прошлые периоды без доначислений. Окно работает в 2025–2026 годах, и 2026-й — последний.

Как это устроено. Амнистия покрывает периоды 2022–2024 годов. Всего три года. Условие одно: бизнес добровольно отказывается от дробления в 2025–2026 годах — то есть реально прекращает схему. Тогда налоги за эти периоды вместе с пенями и штрафами по статьям 119, 120 и 122 НК списываются. А заявление подавать не нужно: с 1 января 2025-го работает беззаявительный порядок.

Два сценария, и они дают разный результат. Глубина закрываемого периода зависит от того, когда вы отказались от дробления:

• Отказались добровольно, с начала 2025 года, — закрываются все три года, 2022–2024.
• Обелились только после того, как уже началась выездная проверка за 2025 или 2026 год с признаками дробления, — закрываются два года, 2022–2023, а 2024-й остается под доначисления.

Разница в один год может стоить миллионы. Поэтому добровольный шаг до прихода проверки выгоднее, чем ожидание.

Кому амнистия не поможет. Это не списание любых долгов. Не сработает, если:

• Вы продолжаете дробление в текущем периоде — амнистия только для тех, кто реально прекратил схему;
• Речь о других нарушениях, которые сопровождали дробление, например подделке документов или выводе активов, — они не амнистируются;
• Вы рассчитываете закрыть «вообще все» — амнистия касается только налогов перечисленных периодов, а не произвольных долгов компании.

Если бизнес в 2022–2024 годах рос через несколько фирм и сейчас понимает, что структура была ближе к схеме, чем к группе компаний, — это тот самый случай, ради которого амнистия и придумана. Окно закрывается в 2026-м, и второй раз на таких же условиях исправить прошлое вряд ли получится.

Чтобы взвесить амнистию, полезно понимать цену противоположного сценария — когда схему вскрывают на проверке.

Доначисление. Налоговая консолидирует выручку всей группы и пересчитывает налоги так, как если бы бизнес был один и работал на общей системе. Это НДС и налог на прибыль вместо упрощенного налога. При пересчете инспекция учитывает то, что уже уплачено по спецрежимам, — это называется налоговой реконструкцией. Но даже с зачетом разница обычно крупная. Спецрежим и ОСНО — это совсем разная налоговая нагрузка.

Штраф. По статье 122 НК неуплата налога — это штраф 20% от суммы. Если налоговая докажет умысел, а в делах о дроблении она нередко на этом и строит позицию, штраф вырастает до 40%.

Уголовная ответственность. Когда сумма неуплаченных налогов переходит порог, наступает уголовная статья, и отвечает по ней руководитель. По статье 199 УК для организации крупным размером считается 18 750 000 рублей за три финансовых года подряд, особо крупным — 56 250 000 рублей. Для ИП и физлиц действует статья 198 УК с порогами 2 700 000 и 13 500 000 рублей. Это не самая частая развязка, но в крупных группах с многолетней схемой суммы выходят на эти величины быстрее, чем кажется собственнику.

Дробление — это не «штраф на разок». Это пересчет за несколько лет сразу, и именно поэтому возможность закрыть 2022–2024 годы через амнистию стоит того, чтобы посчитать ее всерьез.

Хорошая новость в том, что грань проходима. Несколько компаний можно держать законно — вопрос в том, есть ли у структуры четыре опорных признака самостоятельности, которые отличают ее от схемы дробления.

Реальная деловая цель. У каждого участника группы должна быть причина существовать помимо налогов: отдельный рынок, отдельный продукт, разделение рисков, подготовка части бизнеса к продаже, разные команды и зоны ответственности, привлечение нового инвестора именно в это направление. Цель — не формулировка для инспектора, а то, что видно по работе компании.

Самостоятельность участников. Свои сотрудники, которые действительно работают на эту компанию, свои решения, свои договоры, свой расчетный счет. Чем больше участник похож на живой самостоятельный бизнес, тем слабее аргумент о едином процессе.

Раздельные ресурсы и учет. Если участники пользуются общим складом, помещением или специалистом, это оформляется договорами по рыночной цене, а не «по-семейному». Безвозмездная передача ресурсов внутри группы — один из тех самых признаков схемы.

Документы в моменте, а не задним числом. Деловую цель и условия работы между участниками фиксируют тогда, когда они возникают. Папка договоров, собранная перед самой проверкой, убеждает слабо.

Здесь важно сказать и обратное: иногда выгоднее не разделять бизнес, а наоборот. Если деловой цели нет и структура держится только на налоге, честнее свести группу к одной компании на подходящей системе или заранее перейти на ОСНО, чем годами жить под риском пересчета. Решение всегда считается под конкретный оборот, вид деятельности и планы собственника.

Например, клиент несколько лет работал через ИП на УСН. Позже, по требованиям крупных заказчиков, было создано ООО, которое также применяло УСН. Разделение бизнеса изначально не планировалось, однако при подготовке отчетности выяснилось, что совокупная выручка ИП и ООО приближается к лимиту, а существующая модель может быть воспринята как искусственное дробление бизнеса. Мы провели анализ договоров и деловой цели использования двух субъектов, оценили налоговые риски и предложили безопасную реструктуризацию: часть действующих контрактов перевели на ООО, часть завершили на ИП до конца отчетного периода. В результате клиент отказался от дальнейшего использования ИП, продолжил работу через ООО, которое теперь планомерно наращивает выручку и готовится к переходу на уплату НДС по ставке 5%. Работа позволила клиенту четко сформулировать и документально подтвердить реальную деловую цель изменения структуры бизнеса, не связанную с налоговой экономией, а также заранее подготовить аргументацию и доказательственную базу на случай возможных вопросов со стороны налоговых органов.

В 2025–2026 годах ФНС оценивает уже не отдельные формальные признаки, а совокупность обстоятельств. На практике наибольшее значение имеют:

1. Отсутствие самостоятельной деловой цели создания нескольких компаний или ИП. Если единственным объяснением существования нескольких субъектов является применение специальных налоговых режимов или сохранение права на УСН, риск максимальный.
2. Единый центр управления. Один руководитель, общие сотрудники, бухгалтерия, офис, сайт, телефоны, электронная почта, единые бизнес-процессы.
3. Искусственное распределение выручки и клиентов. Когда контракты распределяются между ИП и ООО только для сохранения налоговых льгот, а фактически бизнес остается единым.
4. Отсутствие самостоятельности компаний. Нет собственных ресурсов, сотрудников, расходов, активов или отдельных управленческих решений.

Пример. В группе компаний одно ООО оказывало услуги ответственного хранения, второе — услуги фулфилмента для продавцов маркетплейсов. Формально виды деятельности различались, однако в ходе проверки ФНС будет смотреть не на коды ОКВЭД и названия договоров, а на фактическое ведение бизнеса. Если выяснится, что компании используют один склад, один персонал, единое руководство, общую бухгалтерию, а клиенты распределяются между ними лишь для сохранения права на применение УСН, инспекция может прийти к выводу, что деятельность искусственно разделена между несколькими юридическими лицами. В таком случае доходы могут быть объединены, а налоги пересчитаны так, как если бы деятельность изначально велась одной компанией. При обороте около 250 млн рублей совокупные доначисления НДС, налога на прибыль (или налога по УСН, если он был занижен), пеней и штрафов могут превысить 20–30 млн рублей.

Если у вас больше одной компании или ИП, проверку структуры стоит провести в этом году, пока окно амнистии открыто. Вот что можно сделать самостоятельно уже сейчас:

• Выпишите все компании и ИП, связанные общим владельцем, управлением или родством;
• По каждому ответьте честно: зачем он существует, кроме экономии на налогах;
• Посмотрите на общие ресурсы — склад, персонал, бухгалтерию, сайт, IP-адрес, контрагентов — и проверьте, оформлены ли они договорами;
• Прикиньте, попадают ли ваши периоды 2022–2024 годов под амнистию и какой из двух сценариев ваш;
• Решите до конца 2026 года, что в структуре прекратить и как задокументировать деловую цель там, где она есть.

Этот разбор показывает, на какой вы стороне грани и есть ли смысл заходить в амнистию. Дальше остается либо привести структуру в порядок самим, либо разобрать ее с теми, кто проходил это на практике.